Историческая демография украины хvi — хvii вв состояние и проблемы часть 1

настолько магическим, что путешествовало с одной работы к другой и все это время не подвергалось критике и проверке. В то же время было отвергнуто еще одно, не менее важное, замечание того же Ю. Крижанича, что это число (6 человек на семью) является минимальным. Среди современных отечественных исследователей только двое — М. Г.Крикун и И. О.Ворончук — решились пересмотреть и поднять этот коэффициент. М. Г.Крикун, выводя свой коэффициент залюднености дыма на основании списков поголовного налогообложения населения 1662, вычислил среднем на один дым-семью 6,89 человек. С учетом детей до 10 лет, он поднял этот показатель до 10. Однако, поскольку это число было получено на основании сравнительно небольшого количества имений и поселений, он отнесся к нему как к нетипичного. Однако, считая все же залюдненисть одного дыма выше шести, М. Г. Крикун поднял его до 6,5 [20]. На основании исследования документов актовых книг, автор этой статьи пришла к выводу, во-первых, о значительно большем многодетность украинской семьи, чем считается, во-вторых, о населенности одного дыма более чем одной семьей. Однако, многолетние исследования привели к убеждению, что даже очень осторожно определенный нами ранее коэффициент дыма в 8,4 человека, должен быть пересмотрен в сторону его увеличения [21].

рисунок на канве для вышивки крестом

Кроме того, имеющиеся оценки украинского населения абсолютно статичными, они не учитывают влияния тогдашней ситуации на демографические процессы. В частности, в отечественной историографии вовсе не изучен вопрос о влиянии войн и природных катаклизмов (эпидемий, неурожайных лет, голода) на демографическое состояние и массовую демографическое поведение.
Учитывая именно эти факторы и изучая колебания населения мира, Ф. Бродель сформулировал теорию демографических приливов и отливов, что, по его выражению, были «символом жизни прошлых поколений». Исходя из этой теории, он насчитывал три больших периода биологического роста населения Европы: первый — с 1100 по 1350 гг. Второй — с 1450 по 1650 гг. И третий — с 1750 г., А также два больших падения: крайне резкий с 1350 по 1450 гг. И менее резкий с 1650 по 1750рр. [22].
По нашему мнению, эта периодизация роста и убыли населения в украинских землях требует определенных корректив. В частности, первый период (1100 — 1350рр.), Который, по Ф. Бродель, считается периодом биологического роста, совпадает с татарским нашествием на древнерусские земли, повлекший такие человеческие потери, современники сравнивали последствия этого нашествия о состоянии тогдашнего населения с последствиями землетрясений . Что же касается спадов, то для Украины характеристика Ф. Броделя периода 1650 — 1750 гг. Тоже не отражает того трагического положения вещей, наблюдавшийся в то время в украинских землях. Если в масштабах Европы этот спад характеризуется как менее резкий, то для Украины период, связанный с катаклизмами середины и второй половины XVII в., Был временем катастрофического уменьшения населения и должно характеризоваться как период крайне резкого спада. Самое сложное переплетение событий Хмельницкой, русско-польской войны 1654 — 1656 гг. «Руины», походов Турции и Крымского ханства на Украину в 1672, 1674, 1675, 1 677, 1678 годах, походов польского войска под руководством Яна Собеского, «великого сгона» населения с территории Правобережной Украины на Левобережную сыном гетмана Ивана Самойловича Семеном Самойловичем 1679р. привело опустошения и потери в значительной части Украины. По пагубностью влияния на демографическое состояние украинских земель М. Ф.Владимирський-Буданов сравнивал события 1648 — 1654 гг. Даже с последствиями татарского нашествия на древнерусские земли [23]. Констатируя ужасный влияние военных действий на положение гражданского население, страдало как от польских солдат, литовской армии, так и от казацкого войска и его союзника крымского хана, он писал: «Дошедшие до нас исторические данные рисуют ужасающую картину запустения в западной части Южной России» [24]. На основании присяжных показаний (присяжных атаманов сельских поселений) во время сбора подымного налога в течение 1648 — 1654 гг. Он насчитал 176 поселений только одного Кременецкого уезда, где, в результате военных действий, не осталось ни одного жилого помещения, ни одного человека [25]. Среди них он называет город Полонное, которое по подимним тарифу (поборол реестром) 1629 насчитывало 970 жилых домов и не менее около 6000 жителей, обсчитывая даже по минимальному коэффициенту, по 6 человек в дым [26]. Ужасную картину опустошения М. Ф.Владимирський-Буданов раскрывает на конкретных примерах. Если в «столечному» Луцке в 1629 насчитывалось 546 дымов, то в 1649 г... Их было 409, в 1650 — 182, 1653 — 50, а в 1658 гг. — Всего 14 [27]. В центральном городе Владимирского уезда Владимире на 1658 осталось только 2 жилых помещения с 544 (по тарифу 1629 г.). [28]. По его подсчетам, только польскими солдатами в Кременецком уезде было разрушено 250, а в Луцком и Владимирском — 370 городов и сел [29], то есть вместе 620 поселений, составило более четверти всех населенных пунктов Волыни.
Поскольку за военных действий во многих селах не засевались поля, большое количество населения погибла от голода. Значительная часть жителей Правобережной Украины, ища более спокойные места жительства, оставляла свои дома и переселялась к восточной части Украины. Многие поселения постигла судьба села Лосятина, от которого осталось только «мистци голое ..., подданных НЕ машь, одних татарове выбрали, а другие померлы, а третие на Украйну поутекалы» [З0]. Однако, ни один из исследователей до сих пор не взялся подсчитать потери украинского населения вследствие указанных событий.
Одной из самых сложных нерешенных историко-демографических проблем этого периода является проблема ясыря, то есть плена, из Украины. Испытывая в течение нескольких веков систематических и опустошительных татаро-турецких нападений, украинское население имело огромные потери. Целью большинства из этих событий был не столько грабеж местного населения, сколько захват пленных, которых татары продавали на восточных рынках, получая за «живой» товар значительные средства [37]. На одного татарского воина во время таких наездов приходилось от 10 до 25бранцив. Только во время больших военных походов, по мнению Я. Р.Дашкевича, захват людей не было на первом месте, а во время средних (в 20 — 30 тыс. Войска) и мелких (в 2 — 3 тыс.) Приступов оно было главным задачей [32].
В польской историографии составлены каталоги татарских нападений. Так, А. Валавендер насчитывал 84 татарские набеги, произошедших в течение 1450 — 1586, а М. Горн, на основании актового материала Львовского исторического архива, составил перечень татарских нападений на украинские земли в течение 1600 — 1647 [33]. Однако, они не подают сведений о количестве выведенных пленных. Хронология татарских нападений на украинские земли содержится в трудах А. Й.Ролле, Т. Корзона, Б. Барановського. М. С. Грушевский подал реестр татарских наездов на Барское староство [34].
Подробную выборку татаро-турецких нападений на украинские земли из польских «Хроник» Мартина и Иоахима Бельских Матфея Стрийковского сделал Я. И.Дзира [35]. В. В.Панашенко добавила сообщение некоторых украинских летописей о наезды конца XV ​​- первой половины XVI в. [36]. Нами составлен каталог татаро-турецких нападений на украинские земли в течение XVI — первой половины XVII в. по украинским летописям [37]. Как правило, летописи сообщают о больших (в 80 — 100 тыс. Нападавших), или средние (в 20 — 30 тыс.) Приступы. О вторжении небольших татарских чамбул (от татарского «чапуп», что означало небольшой отряд) в количестве 2 — 3 тысяч войска или еще более мелких отрядов в 100 — 300 человек летописцы вообще не упоминали, поскольку они были настолько привычным и распространенным явлением, и перечислить их было невозможно. К большому сожалению, очень редко летописи указывают количество захваченных в плен людей, ограничиваясь заметками вроде "Татаре пречиськии одного года