Redivivus phoenix глазами якова суши часть 2

Автор «Phoenix redivivus ...» с дотошностью останавливается на иконографии образа. Он заботится о литературности языка, его художественную выразительность, чтобы не снизить пафос, с которым он описывает реликвию. Материк обращает внимание i на ее композицию, на то, какого эффекта добился художник благодаря ей; отмечает то, как по-матерински Мария смотрит в глаза сыну «per rectam lineam», благодаря чему происходит неописуемый диалог; a дальше взволнованно добавляет: «y jakoby n yw patrza, nie tylko Boskie Syna swego oko, Boskie Syna swego serce; ale te ka dego n si, patrz cego, go embiczemi oczyma swemi zrania». Мы считаем целесообразным эти строки процитировать до конца, потому что в них Материк коснулся одной из характерных i наиболее впечатляющих черт образа Холмской Богоматери — выражения ее глаз: «e te wyra enia Zbawicielowe, do wyka enia nays odzey Matki swojey zda si ywo mowi.» И далее: "Vulnersti cor meum. Soror mea Sponsa, vulnersty cor meum, in uno oculorum, tuorun, in uno crine colli tui. Zrani a serce moje, Siostro moja Oblubienico, zrani a serce moje, jedynym okiem twoim, y jednym w osem szyjey twojey ". После этих проникновенных слов возникает естественный вопрос, в каком состоянии в то время находилась икона, почему Материк пишет — «jedynym okiem twoim ...» Или тo есть метафора, а икона выглядела так, как на гравюре А. Тарасевича, или уже тогда лицо Марии мало потери, i на нем осталось только один глаз. Глаза Материк назвал образно «golembiczyni». Действительно, глаза Богородицы (точнее глаз) имеют исключительно деликатную форму и особый выражение, y многих, кто сейчас видел икону, вызывает ассоциации с иконой Владимирской Богоматери. Когда епископ писал свои строки, никто еще не знал о такой науке, как психология искусства. Однако он останавливается на такой специфической особенности верующего человека, как зависимость его визуального восприятия от состояния души: "Y to te natym wi tym ro ni postrzegli Obrazie, e czasem strasznym y smutnym; czasem mi ym y weso ym; czasem ro nie odmiennym pokazuie si ". Автору удается совместить большой пиетет перед памятником, с объективным придирчивым описанием состояния его сохранности. Он отмечает черноту, что, однако, не мешает ему определить возраст образа i даже отметить, что эта патина времени украшает его, придает ему особую принадливости: «Wszystko czarniawa ale w swej czarnosci ozdobna, zgola nigra sed formosa». Но в отличие от своего современника — старообрядца-русского протопопа Аввакума, который считал темноту («смуглость») ликов святых признаком их особой благосности — Материк трезво объясняет ее причины. Во-первых, он утверждает, что состояние иконы — следствие ее драматической истории: после уничтожения м. Холм татарами икона находилась около сотни лет (?!) y руинах церкви среди извести, которое частично «съел» живопись. Во-вторых, епископ с горечью добавляет, что для этого есть еще одна причина, которую он деликатно называет «простотой» людей i в прошлом, i его современников: y церкви икона находилась за решеткой (как в «тюрьме» — "rzek by ew ciemnicy "), в которых миряне лепили свечи, из-за чего она страдала от копоти. Интеллигентная внимательность Суши к памятнику существенно отличает его от других современников, образованных богословов XVII в. Для того, чтобы это почувствовать, уместно сравнить его восприятие иконы с аналогичным стремлением популяризации чудотворной иконы Елецкой Богоматери упомянутого уже Иоаникия Галятовского. Последний черниговском образа посвятил также один из своих произведений. В нем Галятовский сначала знакомит читателя с легендой, которую «поведалы» стрелок Алексей Федорович i московский иеромонах Александр Данилович, y которых было приобретено икону — копию древней, которая во время монголо-татарского нашествия была вывезена i погибла. Саму икону, которую он прославлять, Галятовский описывает отстраненно, без каких-либо эмоций i фактически по его описанию узнаем не об конкретное произведение, a только о его иконографию. Галятовский повествует о чудотворности образа так, как будто его он i не волновал: "Нарисовано дерево еловое, альбо она единственная с отраслями зелеными, границ теми отраслями зелеными высоко сидячея ест нарисована родившая Богородица, на своих коленях дитя Христа сидящего, под мышки левою рукой держачая, a ХС в левой руце держит хартию звитую ". I этими словами все исчерпан. В то же время он подробно рассказывает пpo Успенский (Елецкий) собор Чернигова, в котором находится чудотворная икона, пpo его историю, разрушение i репарування, даже пpo остатки фресок на стенах, указывает где именно они сохранились. Кстати, емоцийнишиим является Павел Алепский, сын антиохийского патриарха Макария, 1654 p. путешествовал в Москву i записывал пo пути в своем дневнике впечатления от Украины. Он — человек Нового времени (несмотря на то, что был воспитан y среде православного духовенства) не замечал икон из средневековой стилистике. Для него критерием красоты было життеподобие икон, которые, по его определению, напоминали польские и итальянские художественные произведения. Материк, как мы уже отметили, ценил художественное мастерство, и среди тогдашних гуманитариев Речи Посполитой он не был единичным. Среди его современников стоит упомянуть польского поэта Мацея Казимежа Сарбевського (1595—1640), произведения которого проливают свет на тогдашнее понимание стоимости художественного творчества, самого процесса. Сарбевський сравнил, казалось бы, не сравнимую ни с чем акции сотворения мира Богом с работой художника над картиной. Уже само сопоставление противоположных по определению действий i события помогает почувствовать отношение к художнику, уважение к его труду. Это очень существенно, потому что обычный человек того времени считала художника попутно ремесленником и только. Зато Сарбевському Бог напоминает художника, который начинает с воссоздания пейзажа: "Он протянул воздуха, подвесил огонь, ограничил берега моря, утвердил землю, разослал поля, поднял горы, заглибив долины, разместил леса, открыл источники, вылил реки, сверху развернул небо. Это первая часть картины — перспектива. Затем Он взялся за цвет — разрисовал красками прекрасного цвета жилье людей, листья, ветви, плоды растений, корни, ягоды ... Впоследствии приступил к воссозданию третьей части картины — светотени. Смочил кисть y красках утренней заре, осторожно, легкими взмахами стал рисовать пурпурную момент встречи дня и ночи, когда y странным образом свет растворяет темноту, i велел ей достичь зрелости и полудня ... Впоследствии он наложил багрянец на вечерний воздух i отметил его ночной тьмой — штриховкой закончив светотень. В конце Он занялся четвертой частью картины — населил ее живыми существами. Однако Он не отказался i от пятой части картины, которую назвал фантазией ... Наконец, чтобы лучше всего следовать самому себе, он поместил y центре свое живое уподобление — человека ".

Царское самодержавие и украинцы и евреи в xvii — xix вв

Реферат
НЕ тему:
Царское самодержавие и украинцы и евреи в XVII — XIX вв.
Евреи издавна проживают на территории Украины. А. Я. Гаркави, известный гебраист и востоковед, утверждает, что первыми евреями в Южной Руси были боспорские и азиатские купцы, перешли Кавказские горы и поселились в Хазарском каганате [1, 1]. После разгрома хазар киевским князем Святославом Игоревичем в 965 г... Часть евреев переселилась в Киевское государство. В XII — XIV вв. они составляли значительное количество населения Галичины и Западной Волыни, которые находились под властью литовско-польских феодалов. В 1264 калужский князь Болеслав Благочестивый выдал грамоту, на основании которой польские евреи наравне с мещанами признавались свободными людьми, их жизнь, личная неприкосновенность и честь гарантировались законом. За ними подтверждалось право на торговлю и ростовщичество, их дома освобождались от военных постоев. Читать далее »

" фортех " в киевском художественном институте 1920-х годов часть 1

преподавания гуманитарных дисциплин, в частности лекций по истории украинской культуры и этнографии Украины. Учебный процесс был переведен на распределение мастерских по дисциплинам и техниках (дисциплина цвета, техника масла, темперы и т. Д.). Это позволило расширить круг профессиональных вспомогательных и факультативных предметов, увеличить преподавательский и студенческий состав института. Впервые был составлен единый учебный план всех факультетов института, создавало уже определенную методическую базу учебного процесса. В этот реорганизационных год КХИ насчитывал три отделения (факультетов): архитектурный, малярный и полиграфический. Программа архитектурного факультета ставила себе целью формирования специалистов — «организаторов-архитекторов художников для созидания отдельных зданий и сооружений и созидания целого комплекса зданий (планирование городов и домов)». Малярный факультет делился на четыре подразделения: монументальной живописи, театрального живописи, скульптурный и мастерскую художественного оформления домов, на которых планировалось подготовить "художников-монументалистов, составляющих общий проект росписи домов и управляют всеми моментами декоративно-живописной труда, сотрудничая с художником-строителем. Рабочих-организаторов скульптурно-строительной промышленности в различных скульптурных материалах всех проблем живописи, как такового «.
Полиграфический факультет готовил» специалистов-организаторов полиграфического производства по трем основным специальностям: "а) рельефной печати (набор, стереотип, фотоцинкография, ксилография и т. д.), б) плоской печати (литография, офсет), в) глубокой печати (офорт, классическая гравюра) ".
На первый взгляд, по сравнению с предыдущим годом, количество факультетов не увеличилась, но в отчете, где обозначены общие характеристики учебного заведения, звучат уже другие акценты и обозначены новые векторы, которые были направлены на выполнение учебных задач в тесной связи с потребностями промышленности. Привлечение преподавателей и студентов к выполнению заказов различных государственных и промышленных учреждений в этот учебный год приобрело совсем другого уровня, чем это было во времена УАМ. Отчитываясь за 1924—1925 учебный год, И. Вроно пишет: "имеем развитие производственной деятельности, выполнения институтом ряда заказов государственных и других учреждений и работы полиграфических мастерских, выполнение заказов для музея революции и истории партии, юбилейная выставка 9-го января 1905 года, ленинские комнаты, конкурс проектов памятника Ленину и Шевченко, проекты образцовых сельсоветов для Киевщины, памятник Ленину у вокзала (бюст), мемориальные доски к юбилею революции 1905 года работа фотомастерской и др. ". Таким образом, учебные программы ориентировались на воспитание художников-организаторов производства, а привлечение студентов к выполнению заказов позволило частично решить проблему нехватки средств для организации учебного процесса. В вышеприведенном отчете подчеркивается тот факт, что на время основания КХИ было полное отсутствие учебного оборудования. Руководство института планировало организовать многочисленные специализированные кабинеты и лаборатории. В 1925 г... Уже существовали геофизический и архитектурный кабинеты и несколько лабораторий: химическая, оптики и технологии материалов. В том же году начали организацию и работу «учебно-производственные мастерские» теоретического и практического характера, например: «учебно-производственная мастерская фотографии» и «учебно-производственная мастерская современного костюма».
Одной из составляющих вронивськои концепции художественного образования было и создание специального вспомогательного факультета «Формально-технических элементов изобразительного мастерства» (ФОРТЕХ), который обязаны были посещать студенты всех факультетов двух первых лет обучения. Читать далее »

Тризуб, его прошлое и нынешнее — урок часть 3

«Ще не вмерла И Украина» стала государственным гимном. Изучите слова песни и запомните, что гимн поют и слушают стоя!
Ще не вмерла Украина,
И слава, и воля,
Еще нам, братья-украинцы,
улыбнется судьба.
Сгинут наши враги,
Как роса на солнце,
Запануем и мы, братья,
В своей сторонке.
Душу и тело мы положим
За нашу свободу
И покажем, что мы, братья,
Казацкого рода.
Герб
Наш герб-трезубец,
воля, слава и сила;
Наш герб-трезубец.
Скорбь нас косила,
и мы выросли, мы,
мы всегда будем,
добро и песню
несем мы людям. Читать далее »

Эммануил козачинский и начало сербской народной драмы часть 2

Зарубежные и отечественные исследователи (А. Соболевский, Н. Ваганова, Й. Йованович, А. Мишанич, Е. Пащенко, Н. Рогович ) вспоминают, что школа и народность питали творчество мастера в Сербии, но добавим, что и в оригинальную драматургию Е. Козачинского тоже просачивались гуманистические тенденции периода раннего просвещения и эпохи барокко в Европе. Ведь его драма своими художественными достоинствами и текстовой структуре не уступает «Артаксерксовому действу», трагедии Ф. Прокоповича «Владимир», Л. Горки «Иосиф Патриарха», драме «Милость Божия», диалогической произведениям Симеона Полоцкого, и если провести типологическое наблюдения, то и поднимается на более высокий художественный уровень. Вместе с тем Эммануил Козачинский, находясь в Карловке вблизи Нового Сада (теперь Сремски Карловцы), не только в совершенстве изучил сербский язык, организовал школьное, записывал народное творчество, особенно героические легенды, но и растолковал ее многострадальную историю, совершенстве оперировал архивными материалами, особенно письмами, в которых говорится о битве с османами. Трагедия писалась в течение 1733- 1734 рр. (На основе всего собранного из легенд и летописей) и тогда же поставлена студийным театром словенолатинськои школы и показывалась не только в Новом Саде и Сремских Карловцах, но и жителям окрестных городов и сел, в частности русских Керестур. Оригинал драмы полностью не сохранился, в Белграде находятся отдельные отрывки из нее, а пришла она к нам в поздней обработке известного сербского бунтаря, народоведа и общественного деятеля И. Раича, который выдал ее отдельной книгой в 1798 году в Буде (Венгрия). Сюжет драмы составляют как реальные обстоятельства с сербской истории, так и народные предания. В идейно-тематическом переплетении раскрываются события с конца ХИV в первое десятилетие XVIII века., То есть речь идет о временах падения первой Самостоятельной сербского государства. Поражение сербско-боснийского войска в битве 1389 на Косовом Поле привела к установлению по всей Сербии жестокого турецкого угнетения. И только первое сербское восстание 1804—1843 гг. Открыло освободительно героические мостики и источники для формирования сербского государства. Именно с течении начальных событий уничтожения сербского государства повел разговор украинский автор, показав одновременно и величество последнего сербского царя, и его бессилие отстоять независимость своей страны, и мудрость масс. Кроме исторических персонажей, здесь (и это было строго канонические законы школьного народного театра и драматургии тогдашнего барокко) выступают аллегорические фигуры: сластолюбие, славолюбие; действуют Отчаяние, Марс, Зависть, Лесть. Автор выводит многогранный, четко индивидуализированный, действительно в народном духе вероятный образ сербского короля Стефана Душана, который перед смертью завещал престол малолетнему сыну Урошу. До его совершеннолетия король передал полное государственное руководство регенту — одном из жестоких и коварных князей — предателю Вукашина. Он и убивает молодого Уроша (похожую ситуацию и художественное средство использовали позднее Д. -Г. Байрон в «Каине» и А. Пушкин в драме «Борис Годунов»). Но и Вукашин также не удержался у власти — он попал в расставлена другими предателями капкан и погиб. Сербия надолго попадает под турецкое иго, от которого ее в определенной степени со освободил патриарх, согласившись на австрийское подданство. В финале хвастается Мудрость и Образование, которые всегда были залогом победы над вражеским нашествием, обеспечивали мир и согласие в обществе. Автор к действию, в конфликтное разветвления, ввел элементы Гайдуцкий песен, народных преданий о Марке-королевича, именно те, что и сейчас изучаются в школах Сербии. Е. Козачинский, имея перед собой яркий образец, а именно трагикомедию «Владимир» Ф. Прокоповича, позаботился о собственном художественное обоснование и воспроизведения переломных народно-исторических моментов в истории сербского народа. Он вложил в драму (принимая за образец сербские исторические песни) идеи непобедимости и титанизма тех, кто отстаивает право каждой нации на самостоятельное существование. Центральную идею освобождения сербов из двойного гнета — Турции и Австрии — по-разному и до сих пор трактуют исследователи, но авторская позиция в пьесе четко прослеживается. Ни господства одного народа над другим никогда не приносит доброты, поэтому такого в общественном развитии допускать нельзя. И только в общности славянских народов можно достичь свободы, свободы, независимости, почувствовать собственный менталитет и дать отпор любому противнику, преодолеть самую агрессию. Именно это вдохновило известного словенского режиссера Бранко Гавелло в годы Второй мировой войны показать произведение Э. Козачинского в Первом партизанском театре, но по неизвестным причинам драма не была поставлена, хотя шли уже репетиции. Хорошо знаком с историческим прошлым сербского народа, Е. Козачинский видел за ним, его судьбой, путями истории и украинский народ, который также тогда не имел собственной независимости. Но через тогдашние политико-социальные обстоятельства он прямо об этом не сказал. Жаль, что это остается вне поля зрения ученых — историков и искусствоведов, не упомянул об этом и Д. Антонович в своем труде «Триста лет украинского театра», где, видимо, обстоятельнее проанализированы драматургию эпохи барокко, принадлежала украинскому авторам. Но почти никто из исследователей не касается таких произведений, как следующая драма Э. Козачинского «благоутробию Марка Аврелия Антонина, кесаря римского» (1744), что было бы своеобразным продолжением предыдущей "Трагедии в смерти сербского Уроша Пятого. ... " Сюжет взят из жизни римского императора-философа, где в народно-аллегорической форме на самом деле речь шла о царствовании русской царицы Елизаветы. Драма поставлена в школьном народном театре Киево-Могилянской академии, а изданная во Львове 1745 года14. Сюжетная структура включает в себя отдельные римские переводы, а также пересказы Тита Петрония Арбитра, Децим Юний Ювенала и Марка Валерия Марциала. Е. Козачинского принадлежит книга-размышление «Философия Аристотелева по умствованиям перипатетиков изданная» (1745), «Панегирик императрице Елизавете» (1744), созданный в связи со специальным приездом королевы в Киев и который выполняли ученики академии, и своеобразный по содержанию стихотворение — ода «На триумфальных Киево-Печерских воротах ангелу» (1744). Есть скупые архивные свидетельства о его другие, но незавершенные драмы, курсы популярных педагогических лекций, проповеди, упорядоченный курс философии, но часть произведений потерялась в вихре столетий и их находим до сих пор. Часть из них находится в архивах Белграда и Нови Сад (Сербия), некоторые в Москве, Санкт-Петербурге. Известно только, что, работая в должности профессора Киевской академии в течение шести лет (1739—1745), он читал натуральную философию, риторику, поэтику, синтагму, три курса из которых дошли до нас в древнейших списках. Они были упорядочены для народных чтений, а от лекции по теологического курса, вверенного для чтения Э. Козачинского в 1745—1746 годах, в архивах не сохранилось ни строчки. Академик Сергей Маслов предполагал, что Эммануил был автором своеобразной оригинальной и интересной анонимной пьесы, насыщенной славянскими фольклорными мотивами — «Образ страстей мира сего», найденной в 1879 году в архивах Православного церковно-археологического музея в Санкт-Петербурге.

Украинская народная одежда часть 5

Верхней одеждой служили епанчи, армяки, кожухи. Носили и польку с отрезной спинкой со сборами, на подкладке, длинную & mdash; до колен, обрамленную черным атласом или вельветом, из домотканого сукна. Известны также полотняные кафтаны с капюшоном, тканые в вертикальные синие полосы. их опоясывали длинными шерстяными поясами.

Зимой мужчины и женщины носили кожухи с приталенного спинкой, расширенным низом, которые украшались красным и зеленым шелком. Читать далее »

О престижности украинского языка часть 1

«могут» того языка заключается единственно в том, что она выделяется среди других славянских языков своей перенасыщенностью морфологическими составляющими слова. Мне лично бросилась в глаза и «мощь» как-то в студенческие летом во время учебы во Львовском университете, когда нам подряд навязывали тот язык. Тогда, в пятидесятые годы, курс истории ВКП (б) и политической экономии преподавали и объясняли на семинарах преимущественно на русском. Такой же языке надо было произносить рефераты, осуществлять выступления в обсуждении. Но в моих однокурсников, произраставших в украинских семьях и в украинской среде Галичины, Волыни, Буковины и Закарпатья, это особых восторгов не вызвало. Читать далее »

Языково-культурные и политические факторы воспитания патриотической личности в условиях кризиса националь часть 1

Реферат
НЕ тему:
Языково-культурные и политические факторы воспитания патриотической личности в условиях кризиса национального сознания
Достигнув апогея народного самовыражения в ходе Оранжевой революции, когда волей украинского народа было изменено авторитарный режим, созданы условия для демократических преобразований, мобилизовано экзистенциально-пассионарные ресурсы нации для утверждения гражданского общества и осуществления цивилизационного прогресса, наше общество снова дрейфует в сторону авторитаризма. Сейчас почти все достижения Майдана бездарно растеряны, преданные и дискредитированы тем псевдоэлитой, которая пришла к власти во время революционных событий ноября—декабря 2004 Политические распри в национально-демократической среде привели к «оранжевой контрреволюции», утверждение неокучмистського режима. Все ключевые должности нынешнего правительства занимают представители крупного капитала, которые больше привыкли управлять не с помощью механизмов рыночной экономики, а теневыми методами. Они заботятся не о развитии государства, а лоббируют интересы собственного бизнеса, используя административные рычаги. Реваншистские силы стремятся закрепить свое политическое господство и равнодушны к воспитанию патриотически сознательной генерации украинском.
Философия политики действующей власти свидетельствует о том, что «площадная демократия» с ее идеалистически романтической эйфорией завершилась. Достаточно прагматичной является оценка поражения «оранжевых сил» известным философом и теологом, бывшим диссидентом М. Мариновичем: «Оранжевые» партии решили не опираться на духовный потенциал Майдана, отбросив его как утопический. Читать далее »

Экспроприация метафоры и поэтическая герилья (взгляд с юго-востока)

Экспроприация метафоры и поэтическая герилья (взгляд с юго-востока) Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Проходит сутки капиталистической частной собственности: экспроприаторов экспроприируют. К. Маркс «Капитал». Знаковое образотворення в национальной литературе напродиво часто приобретается именно на интерпретационную определенность, а то и вообще — нормативно-унифицированную линейность экзегетической установки: мощная традиция «канонического прочтения», что уходит корнями еще народническо-романтического дискурса XIX в . (До ее окончательного в конституирования больше привел своей «Историей украинской литературы» С. Ефремов — не случайно же, вне всеми политическими трансформациями и катаклизмами она остается цель текстом отечественного литературоведения уже в течение целого столетия), в своем саморазвертывания творила своеобразный системный перечень однозначных литературных идентичностей , пригодных для перманентного воспроизведения в каждой конкретной духовные ситуации времени ". Рефлективные модули «отца-патриарха», «воина-защитника», «ґрунтивця», «морализатора», «энциклопедиста», «этажного западника», но даже «мятежного спасителя канонов» (почти по М. Фуко, который утверждал, что стройный фасад Истины, который невозможен без «церберов и фурий дисциплинарного насилия», предполагает в качестве необходимого элемента собственного декора и частность «бунта против власти», в конце концов, бунта, обреченного на провал в самом своем начале, бунта, своим следствием будет иметь лишь усиления энергетики саморегуляции иерархической системы) уреальнюються как формообразующие в структурах мисленневости квазилитературнои сообщества, жаждущей на «всеохватность знания» хотя о собственном вербальный образ мира, начиная если не со времен «отца Тараса», то уже точно — от пилипенкивського «Плуг» и всех его диаспоры наследников. В подобного рода интерпретационных матрицах отдельные осибникы, подвержены слишком радикальной ревизии устоявшегося «критического наследия» обычно возникать этакими извращенцами-еретиками, неизвестно из которых собственных психологических побуждений взялись разрушать «духовность» (показательным в этом смысле представляется сопоставление попыток мятежный романтика «М. Хвылевого осуществить деконструкцию репрезентативной схемы-перечня украинской литературы — Т. Шевченко, П. Кулиш, И. Франко,» хатян «,» молодомузивци ", М. Семенко — и почти единодушно негативной реакции на подобные экзерсисы с обеих сторон идеологических баррикад ). Собственно, очерченный положение вещей не должен привести и к какой-то особой удивление, если будем учитывать то качество бытийности, что в ней осуществлялось продолжения национальной изобразительной традиции: еще Ю. Липа характеризовал украинском как наиболее одинокую нацию в Европе, одинокую даже не столько в аспекте какой особенно неблагоприятное к ним исторической судьбы (в конце концов, до сих пор так и не известно, по какой шкале измерять ее исторической судьбы нации, приверженность или не привязанность), как в смысле метафизической заброшенности в мир, действительно гайдеггеривського "бытия — без — защиты — в — максимально — рискованном — риска "украинства между онтологическими провалами восточной симметрии мундиров и западного общества потребления. Читать далее »

Бойки и бойкивщина часть 2

На стенах бойковских домов хорошо выделяются всегда маленькие окна. В зданиях XVIII и XIX вв. обвязки окон делали из массивных брусьев, в пазы которых закрепляли стесаны по краям венцы сруба. Части верхнего и нижнего венцов, которые поддерживают снаружи обвязку, украшали ступенчатой ​​резьбой. Оригинальности бойковском домам придавали помосты (завалинки) и галереи (преддверия), (крыльца), на которых в теплое время выполняли различные работы, отдыхали. Галереи имели невысокие (из трех-четырех брусьев) срубные ограждения, которые на верхнем и нижнем венце украшались декоративной резьбой, чаще всего в виде кривой линии. Архитектор Т. Обминский в 1905 г... В с. Плавать в Сколевском (Львовская область) зафиксировал сложную ограждение в галерее, где в результате использования двух замков ширина галерейки напротив окон жилого помещения в тридильного доме становилась несколько уже, чем напротив помещений кладовой и сеней. Читать далее »